Дэмбэй

4 июля 2012

Несмотря на то, что наши страны соседствуют, до определенного времени мы почти не знали друг про друга и про это удивительное соседство. Редкость встреч в истории российско-японских отношений делает почти каждое столкновение наших культур достойным отдельного рассказа. Первые японцы, которые из своей уютной островной страны попадали в широкие русские просторы, имели столь необычную судьбу, что одной записи в нашем блоге, конечно, мало, однако и она может дать некое представление о нашем непростом пути ко взаимопониманию.

Согласно некоторым источникам самый первый японец, побывавший в России, попал сюда еще во время правления Бориса Годунова: это был молодой путешественник, окрещенный в Маниле и державший путь в католический Рим через Индию, Персию и нашу необъятную страну. Впрочем, Россия Смутного времени являла собой не лучшее и не самое безопасное место для чужеземцев, тем более католиков: японца схватили, сослали на Соловки, затем направили в Поволжье и казнили в Нижнем Новгороде в 1611 году. Однако имя его неизвестно (а сам он и вовсе представлялся индусом), так что кроме этой грустной истории об этом контакте нам ничего не известно.

В самом конце того же столетия у берегов Камчатки терпит крушение японское судно, и в живых остается купец из Осаки по имени Дэмбэй. Местные его долгое время считали индийцем, пока в 1698 году первооткрыватель Камчатки Атласов не выясняет, что тот родом из заморской страны с названием «Иапония». Странным иностранцем заинтересовался Петр I: они с Дэмбэем встретились в 1702 году, и монарх не бросил японца в беде. Дэмбэй был отдан в Артиллерийский приказ, затем становится учителем японского языка при Петербургской мореходной школе; Петр встречался с ним еще несколько раз, интересовался успехами русских учеников. Успехи, впрочем, были неважными: иероглифика давалась с трудом.

Несмотря на то что Петр пообещал Дэмбэю воротить его на родину, свое обещание он так и не сдержал. Японского купца крестили, дали имя Гавриил, женили и оставили преподавать японский, даже прислали в 1714 году на подмогу еще одного оказавшегося на Камчатке японца по имени Санима (он, крестившись, стал Андреем Богдановым). Так, благодаря стараниям Петра и японских мореплавателей в России начала формироваться школа изучения японского языка. А Дэмбэй — точнее, Гавриил — скончался и был похоронен на чужбине.

Дэмбэй стал первым, но далеко не последним японцем, которого судьба связала навечно с нашей страной. О судьбах его последователей, в частности, о купце по имени Дайкокуя Кодаю и его команде, их жизни в Сибири и встрече с Екатериной II мы еще непременно напишем в нашем блоге.

Ваш комментарий